Главная | Льюис клайв стейплз расторжение брака fb2

Льюис клайв стейплз расторжение брака fb2

Скачать книгу

Я его буквально тащила за руку. У него абсолютно нет честолюбия, его тащить — как мешок с углем. Я его силой заставила поступить на другую работу. Можешь себе представить, он говорил, что не может работать больше тринадцати часов в день! А я что, меньше работала? У меня все часы — рабочие, да. Я весь вечер его подгоняла, а то, дай ему волю, он бы завалился в кресло и сидел. От него помощи не дождешься. Иногда он меня просто не слышал.

Хоть бы из вежливости Он забыл, что я дама, хотя и вышла замуж за него. День и ночь я билась, чтоб ему угодить. Я часами расставляла цветы в этой дыре, а он? Нет, ты не поверишь! Говорил, чтобы я их не ставила на письменный стол. Он чуть не взбесился, когда я опрокинула какую-то вазу на его писанину.

Он, видите ли, хотел книгу написать Ну, я из него дурь выбила. Нет, Хильда, ты слушай! Я-то знала, я сразу поняла, что от них мало толку. Твои друзья — мои друзья. Да, казалось бы ясно. Тут уж мне понадобился такт и такт. Умная женщина умеет вовремя сказать словечко. Я хотела, чтобы он увидел их на другом фоне. Им у меня было не по себе Бывало, смотришь и смеешься.

Конечно, пока лечение не кончилось, и Роберту было не по себе. Но ведь это для его же блага! И года не прошло, как всех его друзей разогнало! Поступил он на новую службу. И что же ты думала! Я чуть не кончилась. Я чуть не бросила его Как я над ним билась, чтобы его перетащить в просторный дом!

И ничего, ни капли радости! Другой бы спасибо сказал, когда его встречают на пороге и говорят: Надо идти смотреть дом. К этому времени твой драгоценный Роберт ничем не интересовался, кроме еды. Ну, потащила я его в новый дом.

Да, да, сама знаю! Он был для нас великоват, не совсем по средствам. Но я завела приемы! Нет, уж увольте, его друзей я не звала. Я звала нужных людей, для него же и нужных. Тут уж, всякому ясно, приходится быть элегантной.

Казалось бы, чего ему еще? Но с ним просто сил не было, никаких сил! Я ему вечно твердила: Всё я, всё я одна. Я ему сотни раз говорила, что он изменился к худшему. Я вышла замуж за живого молодого человека, общительного, даровитого Сидит, уставится на меня своими черными глазами я просто возненавидела черноглазых мужчин и ненавидит меня, да, теперь я знаю, ненавидит. Вот и вся благодарность.

Никаких чувств, ни капли нежности — а он ведь к тому времени вышел в люди! Я выполнила свой долг до конца. Я купила дога, чтобы Роберт с ним гулял. Я каждый вечер звала гостей. Я возила его повсюду. Когда всё было из рук вон плохо, я даже разрешила ему писать, это уже вреда не принесло бы. Что ж, я виновата, если у него случился этот криз?

Я свой долг выполнила, да, мало кто его так выполнял. Теперь ты видишь, почему я не могу Встретиться я с ним не хочу, то есть — встретиться и всё. Но я согласна о нем заботиться. Только уж — вы не вмешивайтесь! Впрочем, времени тут много, может, чего-нибудь и добьюсь Один он не справится. Ему нужна твердая рука. Я его лучше знаю, чем ты. Нет, нет, давай его сюда, слышишь?! Не спрашивай, а давай сюда! В конце концов я ему жена, а не ты. Я ведь только начинала. Я там одна, никто со мной не считается!

А Роберта я переделаю! Это просто ужасно, вы все тут торчите, а толку от вас нет! Ему вредно жить по своей воле. Это нечестно, это безнравственно. Какое вы имеете право его прятать?!

Я вас всех ненавижу! Как же я буду его переделывать, если вы нас разлучили? И Призрачная Дама угасла, как слабое пламя свечи. Секунду-другую в воздухе стоял неприятный запах; потом не осталось ничего.

Необычайно тяжелой была встреча между еще одной призрачной дамой и светлым духом, который, по-видимому, приходился ей братом на земле. Мы застали их, когда они только что увидались — Дама говорила с явным огорчением: Но ты обрадуйся и мне Он бы тебя не увидел и не услышал. Но скоро ты изменишься Когда же мне разрешат его увидеть? Когда он сможет разглядеть тебя, вы увидитесь. Ты поплотнеешь, когда ты захочешь чего-нибудь, кроме встречи с Майклом.

А для начала надо немножко, хоть капельку потянуться к Богу. Нашел, знаешь ли, минуту! Ладно, что надо, то и сделаю. Чего вы от меня требуете? Чем я раньше начну, тем скорее меня пустят к моему мальчику. Так ты начать не можешь! Для тебя Бог — средство, чтобы увидеть Майкла.

Удивительно, но факт! Мы с Майклом были бы совершенно счастливы.

А плотнеть мы начинаем только тогда, когда стремимся к Самому Богу. Но этого не бывает. Ты стала матерью Майкла, потому что ты — дочь Божия.

С Ним ты связана раньше и теснее. Памела, Он тоже любит тебя. Он тоже из-за тебя страдал. Он тоже долго ждал. И вообще, если он меня любит, почему он забрал у меня Майкла? Я не хотела об этом говорить, но знаешь, некоторые вещи простить нелегко. Отчасти — ради Майкла Я ему жизнь отдавала А потом — Он и ради тебя это сделал.

Он хотел, чтобы твоя животная, инстинктивная любовь преобразилась, и ты полюбила Майкла, как Он его любит. Нельзя правильно любить человека, пока не любишь Бога. Иногда удается преобразить любовь, так сказать, на ходу. Но с тобой это было невозможно. Твой инстинкт стал неуправляемым, превратился в манию. Спроси дочь и мужа. Спроси свою собственную мать. О ней ты и не думала. И Бог отрезал от тебя Майкла. Он надеялся, что в одиночестве и тишине проклюнется новый, другой вид любви.

Ты не имеешь права так говорить о материнской любви. Это — самое святое, самое высокое чувство.

Скачать книгу в формате:

Она возникает, когда они подчинены Богу. Когда же они живут по своей воле, они превращаются в ложных богов. Надеюсь, ты нас не сравниваешь? Мы с Майклом были бы совершенно счастливы. Я-то не болтала бы о нем, как Уинифред Гатри, пока все не разбегутся.

Я не ссорилась бы с теми, кто его не замечает, и не ревновала бы к тем, кто заметил. Я бы не хныкала повсюду, что он со мною груб.

Неужели, по-твоему, Майкл мог бы стать таким, как этот Бобби? Какой ты злой, однако! Я его так любила Ты сама это знаешь.

Я скоро поняла, что от них сочувствия не жди. Дик очень страдал по сыну. Мало кто из сестер так любил брата, как Мюриел. Их не память о Майкле мучила — их мучила ты, твоя тирания.

У меня ничего нет, кроме прошлого Это египтяне так относились к утрате, бальзамировали тело. Тебя послушать, я всё неправильно делаю! Нам больше не надо цепляться за свою правоту. Тогда мы и начинаем жить.

Плевать я хотела на ваши правила! Я не верю в Бога, который разлучает сына с матерью! Я верю в Бога любви. Никто не имеет права нас разлучать! Так ему и скажи. Он мой, мой, мой!.. Всё будет твоим, даже Бог. Но ты не то делаешь.

Ничем нельзя овладеть по праву природы. Это же мой сын, плоть от плоти! Разве ты еще не поняла, что природа тленна?

Удивительно, но факт! Не страшен призрак ей во тьме, ни пуля в свете ясном.

Оно может взойти каждую минуту. Ты его не сотворила. Природа вырастила его в твоем теле, помимо твоей воли. Майкл — несчастный случай. И вообще, не твое дело. Я ненавижу твою веру Ну, Реджинальд, не ждала! Дама застыла на месте. По-видимому, эти слова поразили ее всего сильнее.

Рекомендуем к прочтению! установление юридического факта имя

Ее любовь к сыну стала жалкой, вязкой, мучительной. Но там еще тлеет слабая искра, еще не всё — сплошной эгоизм. Искру эту можно раздуть в пламя. В естественной любви есть то, что ведет в вечность, в естественном обжорстве этого нет. Но в естественной любви есть и то, из-за чего ее можно принять за любовь небесную, и на этом успокоиться. Медь легче принять за золото, чем глину. Если же любовь не преобразить, она загниет, и гниение ее хуже, чем гниение мелких страстей. Это — сильный ангел, и потому — сильный бес.

Удивительно, но факт! Любую фальшь, любой обман узрит насквозь прекрасно.

Меня обвинили бы в жестокости. Мне сказали бы, что я не верю в человека Что я оскорбляю самые светлые, самые святые чувства Нельзя пойти к несчастной матери, когда ты сам не страдаешь. Это дело не твое.

Читать книгу онлайн

Ты не такой хороший человек. Когда у тебя самого сердце разобьется, тогда и поглядим. Но кто-то должен напомнить вам то, что вы забыли: Всякая любовь воскреснет здесь, у нас; но прежде ее надо похоронить. Те, кто это знают, боятся говорить. Вот почему горе прежде очищало, теперь ожесточает. Но нам с тобой надо говорить ясно. Есть только одно благо — Бог. Все остальное — благо, когда смотрит на Него, и зло, когда от Него отвернется.

Чем выше и сильнее что-либо в естественной иерархии, тем будет оно страшнее в мятеже. Бесы — не падшие блохи, но падшие ангелы.

Культ похоти куда хуже, чем культ материнской любви, но похоть реже становится культом. Я поглядел и увидел, что к нам приближается Призрак, а у него что-то сидит на плече. Он был прозрачен, как и все призраки, но одни были погуще, другие пожиже, как разные клубы дыма; одни — побелее, другие — потемнее. Этот был черен и маслянист.

На плече у него примостилась красная ящерка, которая била хвостом, как хлыстом, и что-то шептала ему на ухо. Как раз, когда я увидел его, он с нетерпением говорил ей: Сперва он жмурился, потом улыбнулся; потом развернул к западу раньше он шел к горам. Дух, заговоривший с ним, был как человек, но побольше, и сиял так ослепительно, что я почти не мог на него смотреть. Свет и тепло исходили от него, и я почувствовал себя, как чувствовал прежде в начале жарких летних дней.

Всё равно ничего не выйдет. Я говорил вот ей он указал на ящерицу , чтобы она сидела тихо, раз уж мы тут — она ведь сама подбивала меня поехать. А она не хочет. Вернусь уж я домой Не подходите ко мне! Его огненная рука повисла прямо над ящеркой. Я готов об этом потолковать, но это так просто не решишь. Я хотел, чтоб она замолчала Вон она и сама заснула. Я с ней сам теперь справлюсь.

Вход в систему

Лучше так, потихоньку, постепенно, а то что ж убивать! Что ж, я подумаю об этом, непременно подумаю Я бы, собственно, и дал вам ее убить, но я себя что-то плохо чувствую.

Вот оправлюсь, и, пожалуйста, убивайте. Все дни — теперь. Я сказал, что не убью тебя. Вы думаете, я трус. Я приеду, как только выберу минутку. Хотите мне помочь, убивали бы ее без спроса, я бы и охнуть не успел. Всё бы уже было позади. Ангел почти касался ящерки. Тут она заговорила так громко, что даже я услышал: Скажи ему слово — и убьет. А ты останешься без меня навсегда. Как же ты жить будешь? Ты же станешь призраком, а не человеком.

Он таких вещей не понимает.

Удивительно, но факт! Я не знаю, что будет с ней.

Он — холодный, бесплотный дух. Они могут так жить, но не ты же! Знаю, знаю, у тебя и наслаждения нет, одни помыслы. Но это всё же лучше, чем ничего! Признаю, бывало всякое, но теперь я стану потише. Я буду тебе нашептывать вполне невинные помыслы А если бы и убил?

Всё лучше, чем она. И тут же вскрикнул так страшно, что я пошатнулся. Пламенный Ангел схватил ящерку огненно-алой рукой, оторвал и швырнул на траву. Сперва я как будто ослеп, потом увидел, что рука и плечо у Призрака становятся всё белей и плотней.

И ноги, и шея, и золотые волосы как бы возникали у меня на глазах, и вскоре между мной и кустом стоял обнаженный человек почти такого же роста, как Ангел. Но и с ящерицей что-то происходило. Она не умерла и не умирала, а тоже росла и менялась. Хвост, еще бьющий по траве, стал не чешуйчатым, а подобным кисти.

Я отступил и протер глаза. Передо мной стоял дивный серебристо-белый конь с золотыми копытами и золотой гривой. Человек погладил его по холке, конь и хозяин подышали в ноздри друг другу, а потом хозяин упал перед Ангелом и обнял его ноги.

Когда он поднялся, я подумал, что лицо его — в слезах, но, может быть, оно просто сверкало любовью и радостью. Разобрать я не успел. Ну и скакал он! За одну минуту они с конем пронеслись сверкающей звездой до самых гор, взлетели вверх — я закинул голову, чтоб их видеть — и сверкание их слилось со светло-алым сверканием утренней зари. Еще глядя им вслед, я услышал, что и долина, и лес полнятся могучими звуками, и понял почему-то, что поют не духи, а трава, вода и деревья.

Удивительно, но факт! Что ж, я виновата, если у него случился этот криз?

Но пока мы здесь, мы не вправе так говорить. Нас подстерегает страшная ошибка: Об этой небольшой книжке скажу еще две вещи. Во-первых, я благодарен писателю, имени которого не помню. Рассказ его я читал несколько лет назад в ослепительно пестром американском журнале, посвященном так называемой научной фантастике, и позаимствовал идею сверхтвердого, несокрушимого вещества.

Я с не меньшим надеюсь правом перенес это в вечность. Если автор того рассказа прочитает эти строки, путь знает, что я ему благодарен.

И второе, прошу читателя помнить, что перед ним — выдумка. Конечно, в ней есть нравственный смысл, во всяком случае — я к этому стремился. Но сами события я придумал и ни в коей мере не выдаю их за то, что нас действительно ждет.

Меньше всего на свете я пытался удовлетворить любопытство тех, кого интересуют подробности вечной жизни. Почему-то я ждал автобуса на длинной уродливой улице. По таким самым улицам я бродил часами, и все время начинались сумерки, а дождь не переставал. Время словно остановилось на той минуте, когда свет горит лишь в нескольких витринах, но еще не так темно, чтобы он веселил сердце.

Сумерки никак не могли сгуститься в тьму, а я никак не мог добраться до мало-мальски сносных кварталов. Куда бы я ни шел, я видел грязные меблирашки, табачные ларьки, длинные заборы, с которых лохмотьями свисали афиши, и те книжные лавчонки, где продают Аристотеля. Людей я не встречал. В городе как будто не было никого, кроме тех, кто ждал автобуса.

Наверно, потому я и встал в очередь. Не успел я встать, как маленькая бойкая женщина прямо передо мной раздраженно сказала спутнику: А я возьму и не поеду! Ради тебя стараюсь, чтоб шуму не было.



Читайте также:

  • Какие документы нужны для оформления ипотеки продавцу квартиры